Старшая линия Леонидов.

Теперь мы перейдём к новой эре жизни государства, на наш взгляд, к самой важной и самой ценной, к эре вполне независимой, самостоятельной Абхазии.

Абхазия, в силу своего географического положения, раз­вивает торговые отношения не только с Византией, но и со странами Востока, Северным Кавказом и Крымом, что мы ви­дим из находок при раскопках и случайных, относящихся к VI, VII и VIII векам. Окрепнув экономически на этих раз­витых торговых связях, вполне понятно, что Абхазия должна бы­ла ощутить тяготы подневольного существования. Тем более, что в эту эпоху Византийская империя дрожала под ударами, как извне – скифы, арабы и т. д., так и внутри при потря­сениях, производимых то цветными партиями, то борьбой с поклонением иконам и т. п. В то же время ряд восста­ний в Абхазии в эпоху византийского владычества показывает на нарастание и накопление национальных и культурных ценностей в стране, давших возможность её населению оформить «бунт» в «переворот», «революцию».

Свержение византийского ига и отделение от Византии, как событие не поражает нас своею неожиданностью. Это событие, как мы видим, явилось естественным последствием цепи политико-экономических явлений последних 2–3 ве­ков жизни Абхазии. Весь 2-ой и 3-ий периоды византийской эры, как мы уже говорили, являются дорогой Абхазии к соб­ственному освобождению. А история миссии Льва Исаврийского к аланам в тоже время нам говорит, что слабеющая и расшатывающаяся Византийская империя не может своими силами и открытыми путями идти против воли возраждающегося народа и бессильно, чтобы сломить нарождающееся государство абхазцев.

Перейдём к изложению событий.

В последней четверти VIII века Абхазией управлял на правах фактически самостоятельного или полусамостоятель­ного владетеля, а официально как византийский потомствен­ный наместник Леон, сын Тевдосе (Феодосия, Теодориса) и дочери хазарского кагана (владетеля, правителя, царя), являв­шийся потомком Леона I, которому Ираклием была передана Абхазия. Вследствие каких-то непосредственных причин Леон восстал против Византийской империи и её протектората над страной. Поддержанный, с одной стороны, абхазцами, а, с другой – войсками своего деда по матери – хазарского кагана, Леон разбивает находившиеся в стране византийские гарнизоны. Такая же участь постигает и вновь присланные из Византии войска, с которыми прибыл вновь назначенный на место Ле­она наместник.

После этот Леон торжественно провозглашает незави­симость Абхазии, а себя её царем под именем Леона. Лето­писцы именуют Леона, провозгласившего независимость Аб­хазии, «Вторым» в отличие от Леона, получившего от Ирак­лия Абхазию – «Первого». Чтобы не вносить путаницу, так будем называть и мы, хотя твёрдо убеждены, что между Леоном I и Григорием был ещё один Леон. Также можем допустить существование ещё дяди, Леона II, который мог быть в тоже время и правителем по имени Леон, т. е. предполагать четвёртого Леона.

Провозглашение независимости в Абхазии относится к 786-му году, а по «Картлис-Цховреба» списка Броссе – к 787-му году.

«Картлис-Цховреба» списка царицы Марии, являющаяся, как мы говорили, летописью довахтанговского периода, так рассказывает об этом событии:

«Между тем, когда греки ослабели, отложился от них абхазский эристав (т. е. наместник, правитель) Леон, сын брата (т. е. племянник) эристава Леона, которому дана была во владение Абхазия. Этот Леон Второй был сыном дочери хозаров, при помощи их сил (хозарских) покорил Абхазию и Егриси (современная Мингрелия) вплоть до Лихи (горы Лиха = Сурамские горы) и стал титуловаться царём абхазов, ибо эристава Иоанна, уже не было в живых, а Джуаншер (об Иоанне и Джуаншере смотри ниже) был стар».

В этой выписке говорится, что Леон Второй был племян­ником Леона Первого. Это, понятно, не выдерживает ника­кой критики. Даже допустив библейское долголетие, трудно согласиться с тем, чтобы человек, вступивший на престол в конце VIII в. и умерший в IX в., приходился племянником человеку, родившемуся ещё в VI в. (Леон I вступил в уп­равление Абхазией в 612-ом году, значит, родился ещё в преды­дущем, VI веке).

Возможно, что между правителем Абхазии Григорием и Леоном II был ещё правитель Леон, брат Феодосия, отца Леона II. Но вероятней всего летописец хотел сказать, что Леон II, происходя из рода Леона I, в то же время не являл­ся его прямым потомком, а был одним из членов боковой, «по брату», линии.

Царевич Вахушт в своих трудах, говоря о происхожде­нии слова «гуриец», сообщает нам некоторые данные. Вахушт говорит, что слово «гуриец» означает «бунтовщик», каковым именем этот народ окрестили за его мятеж против Визан­тийской империй. По его же словам мятеж гурийцев прохо­дит под начальством византийского эристава в Абхазии, впоследствии ставшего царем её. Не вернее ли, базируясь на этой легенде, предположить, что гурийцы были союзниками и помощниками Леона II и абхзцев в борбе за независи­мость?

К сожалению, царевич Вахушт не указывает нам источ­ника, откуда он получил это обяснение происхождения слова «гуриец». Вполне возможно, что при исследовании этого ис­точника могли бы открыться новые данные об истории Абха­зии этого периода, столь неясного.

Как мы уже говорили, Леоном II и провозглашенной им независимостью Абуазии открывается новая эра в государственной жизни страны. Вполне понятно, да мы и подчерки­вали, что эта эра не явилась откуда-то и неожиданно, а была подготовлена последними двумя веками жизни страны при иноземном владычестве и явилась естественным следствием экономического развития страны. Но все же провозглаше­ние независимости является вехой, от которой мы начинаем счёт новой жизни и при новых политических условиях.

Провозглашение независимости является в данном случае лишь чисто внешним, но в то же время важным показателем пройденного пути страной и её социально-культурного развития. Вот причины, почему мы долго задержались на этом факте.

Царствование Леона продолжалось 20 лет. В Баратовском же списке «Картлис Цховреба» его продолжительность указывается в 45 лет. Не соединяет ли эта цифра вместе его правление до и после провозглашения независимости? Если это так, то Леон начал править Абхазией около 761-го года. Но вполне понятно, что это гадательно, хотя и вполне допустимо.

К началу его царствования, к 757 году, относится за­пись в греческих хрониках, что на Вселенском соборе в Никее в числе других был Пицундский архиепископ.

По преданию, Леоном начата постройка сохранившегося и доныне храма в селении Лыхны (в 3–4) верстах от гор. Гудауты), являющегося образцом древнейшего христиан­ского зодчества на Кавказе и одним из красивейших его сооружений.

В первые же годы своего царствования Леон II начал расширять владения Абхазии за счёт Западного Закавказья. По «Картлис Цховреба», Грузия после смерти царя Арчила была разделена между его сыновьями Иоанном и Джуаншером. Иоанн правил западной частью – современной Имеретией[1] и Мингрелией, а Джуаншер восточной – современной Карталинией и Кахетией. В своём движении к захвату торговых путей, Абхазия натолкнулась на владения Иоанна. Леону сопутствовала удача, и скоро он овладел почти всем уделом Иоанна, который вскоре умер. За ним последовал и Джуаншер, последний из династии Сасанидов в Грузии, и титул грузинского царя и фактически восточная часть её пе­решли к Ашоту Багратиду, шурину Джуаншера.

В год своей смерти Леон, по грузинским источникам, в завоёванной стране на берегу peки Риона, на месте древних милетских колоний Кутаиссиума или Котатиссиума и Укимериона кладёт основание новому городу. Этот город назывался Кутатис (quTaTisi), а впоследствии  – Кутаис. Кутатис или Кутаис начинает быстро развиваться. Уже при ближайших приемниках Кутаис вырос в настолько большой, богатый, процветающий и значительный город, что в него, как в географический центр разросшейся монархии, Леониды переносят свою резиденцию.

Леон II царствовал в те времена, когда всякий завое­ватель считал своим священным правом и долгом как можно больше разорить и ограбить завоёванную страну. Леон же положил для своей династии традицию прямо противо­положную обычаям своего времени. Леониды во всё время своего господства не только не разоряют и не раз­рушают завоёванные ими области, а наоборот, «с лёгкой руки» Леона II, обстраивают их, возобновляют го­рода и храмы, укрепляют их, строят крепости, города, монастыри и т. п. Мы ни в грузинских, ни византийских, ни армянских, ни арабских, ни в каких других летописях не  встречаем сведений и сообщений о том, что абхазы времён Леонидов разорили и разрушили хотя бы одно селение или город или разграбили его. Это положение, подчёркивает высокий уровень культурного развития, на котором находились абхазы VIII и последующих веков, в то же время говорит и о том, что продвижение их на Восток нисколько не было хищническим напором накопившего силы соседа. Это положение скорее выявляет, что движение абхазцев, хотя, может быть, и было стихийным, но всё же осмысленным национально-экономическим продвижением.

Мы когда-нибудь вернёмся к этому вопросу и вскроем, по сохранившимся данным, план Леонидов закрепления завоёванных областей. Он ярко и наглядно выступает, если мы нанесём на карту все постройки, произведённые ими, это понятно и по сведениям, которые в том или ином виде дошли до нашего времени.

Сын Леона II, Феодосии I вступил на абхазский престол по смерти своего отца в 806 году и царствовал почти сорок лет.

Государство и его династия были ещё молоды и неокреп­шие. Для наивозможно большего их укрепления как внутри, так и извне, Феодосий предпринял целый ряд мер. Одной из них была его женитьба по политическим соображениям на дочери грузинского царя куропалата Византийской империи Ашота Багратида, царствовавшего с 787-го по 826-ой год.            

Куропалат Ашот являлся в то время наиболее сильным из закавказских владетелей. Это родство, с одной стороны, придавало блеск и вес молодой династии, связывало узами родства и создавало возможность поддержки со стороны сильного соседа и, с другой стороны, вводило молодую державу в сферу интересов центрального Кавказа, чем открывалась возможность вмешательства, т. е. создавался повод для него.

Как мы увидим из событий его времени, Феодосии всё это умело использовал за своё долголетнее и блестящее цар­ствование.

В первую половину своего сорокалетнего царствования Феодосий уподобляется московскому Иоанну Калите. Он на­капливает, благодаря экономному расходованию, большие средства, приглашает из разных стран опытных, знающих людей и мастеров проводить в стране дороги, усиленно за­селяет окраины своего государства. Он строит крепости, баш­ни и укрепляет города для  защиты  страны и её населения от неприятельских нападений и набегов. Ему, между прочим, приписывается грузинскими летописями основание и построй­ка на дороге между Кутаисом и Абхазией, на реке Цхених-Цкали или Конской, города Хони в 812-ом году.

«Картлис-Цхвореба» списка царицы Марии даёт нам описание одного из событий, произошедшего в начале царствования Феодосия: «В то время куропалат Ашот выступил в поход (против са­рацин и их союзника – кахетинского мтавтра, т. е. владетеля Григория). На помощь ему явился Феодосий, царь абхазский, сын Леона II, который был зятем Ашота куропалата...»

Сделаем отступиение, чтобы вкраце обрисовать поло­жение христианской церкви в Западном Закавказье. В порядке церковной подчинённости всё Западное Закавказье в первые века нашей эры входило в состав областей, зависимых от Константинопольской патриархии. Но фактически ещё с первой четверти IV века центральная часть Закавка­зья начала подчиняться Антиохийским патриархам. Соборное постановление II Вселенского собора в Константинополе в конце IV века, а именно в 381-ом году, зафиксировало уже создавшееся положение, передав и оффициально в ведение антиохийского патриарха, который и доныне в своём титуле носит наименование и грузинского («Иверии»).

За услуги, оказанные грузинским царём Парсманом Ви­зантии, ииператор Юстиниан (527–565) принудил константи­нопольский синод и патриарха Мина (536–542) признать в 542-ом году афтокефальность грузинской церкви, что и было утверждено каноном 39-ым VI Вселенского Константинопольского собора в 680-ом году. При Иерусалимском патриархе Сергии (843–859) на соборе в Иерусалиме Иверской церкви было предоставлено право освящать для себя миро. Только в 950-ом году Мцхетская архиепископия была возвышена на степень патриархата католикоса. Но всё же католикос (по грузинскому прозношению католикос, обычно в актах, над­писях на  храмах и иконах это слово обозначалось начальной буквой под тутлом ε) обязан был на церковных служениях поминать имя Антиохийского патриарха.

Абхазская церковь, как расположенная на территории, которая никогда до конца XI века ни в каких отношениях не рассматривалась как часть Грузии, не переживала этих перепитий церковной истории. Абхазская церковь всё это время оставалась в ведении Константинопольского патриар­хата. Достаточно просмотреть хотя бы сообщаемые здесь известия, относящиеся как к до 542-му году, так и после 680-го года, чтобы убедиться в этом. Вспомним установление Константинопольским патриархом архиепископской кафедры в Пицунде, что относится к 541-му году, или установление им же архиепископии в Севастополисе, которое состоялось в конце VII – начале VIII веков.

Став в 786 году политически самостоятельной в делах религии, своей церкви, Абхазия по-прежнему оставалась в списке областей, подчинённых Византии и Константинополю. Вы­росшая и окрепшая Абхазия, вполне понятно, хотела отбро­сить все путы, сковывавшие её. И последняя цепь, приковавшая Абхазию к Византийской империи, – подчинённость абхазской церкви рухнула при Феодосии в 820-ом, а по другим источникам в 830-ом году.  

Перед абхазской церковью стоял вопрос: как быть, после освобождения от Константинопольского патриархата. Присоедине­ние к грузинской церкви, в то время ещё не совсем само­стоятельной, не имело смысла. Присоединение же к армянской, пользовавшейся в то время  большим влиянием в Армении, Грузии и Албании было то­же не выгодно, как к церкви, страна которой удалена и часто разобщалась от Абхазии арабами. Оставался ещё выход: стать вполне самостоятельной – автокефальной.

Казуистическая схоластика, царившая в делах восточных церквей вообще, а в то время в особенности, считала только те церкви канонически автокефальными, основание которым было положено личной миссионерской деятельностью одного из апостолов. Тут вследствие путаницы в наименованиях местностей в хрониках епископов Дорофея Тирского – Епифания кипрского и других, нашлось предание о том, что Андрей Первозванный и Симон Канонит проповедывали Евангелие в Абхазии. Вдобавок к ним нашёлся целый ряд святых, подвизавшихся в Абхазии, как епископ Василиск команский константинопольский, епископ Иоанн Златоуст, блаженный епископ Евфратий никопсийский, апокрисарий Анастасий, блаженный ключарь Иоанн и его сын Стефан, Або, Леонгин, 40 мучеников и др.      Со всем этим вскоре согласился и Константинопольский патриархат, и абхазская территория в церковном отношении стала вполне независимой.

Мы не имеем точных данных о территории, на которую в те времена распространялась власть абхазских католикосов, но по косвенным указаниям и по позднейшим сведениям можем предполагать, что им принадлежали митрополии, архиепископии и епископии как современной Абхазии, так Имеретии, Мингрелии, Гурии, Аджарии, Самурзакании, Лечхума и далее.

Полный титул абхазских католикосов тех времён не из­вестен. Известен лишь их титул с XVII века, который в своём месте мы и приведём.

Резиденциями абхазских католикосов разновременно бы­ли Пицудский, Никопсинский, Гелатский монастыри.

В царствование Феодосия свершился и другой акт. При всех Леонидах, мы предполагаем, с самого 619-го года, резиден­цией служила Никопсия – Анакопия, которая до Леона II находилась в центре Абхазии. Но уже при Леоне II Абхазия выросла настолько, что Никопсия находилась в отдельной части государства. Между тем при осуществлении поступательного движения на Восток требовалось постоянное присутствие ближе к центру разыгравшихся событий, это, во-первых. Во-вторых, место расположения Никопсии, т. е. на берегу моря, где всё-таки хозяевами оставались византийские императоры со своим в то время могущественнным флотом, и вытекающая из этого постоянная опасность напа­дений и осады Никопсии, – всё это в одночасье могло лишить стра­ну управления. Вследствие этого перед Леонидами встал вопрос о Никопсии, вообще, как о резиденции. И Феодосий переносит столи­цу своего молодого государства в географически центральное место – в город Кутаис, незадолго до того восстановленный его отцом Леоном II. С этого времени Кутаис вместе с Никопсией является резиденцией для всей династии Леонидов до Феодосия II Слепого включительно.

Во вторую половину своего цаствования Феодосий обра­щает главное своё внимание на расширение границ государ­ства. Им не забыто и усмирение своих беспокойных соседей, имевших кавказскую особенность тревожить страну разбой­ными нападениями. К концу царствования Леона, северной гра­ницей его владений является местность, лежащая северней современного города Сочи, на юге она граничит с Тао, Кларджетами, Джавахетией, т. е. он владеет территорией современных Имеретии, Мингрелии, Гурии, Абхазии, Самурзакани, Лечхума, южной частью Черноморской губернии и северной полосой Аджарии (Батумского округа).

Несмотря на то, что Абхазия крепла, как говорится, с каждым днём своего существования и становилась большой и грозной силой, Византия и её императоры не могли при­мириться с мыслью о потере так удобно расположенной и экономически выгодной страны, как Абхазия. И византий­ские правящие круги делают попытки вернуть под свою власть молодое государство и вновь поработить абхазцев. Первая известная нам попытка была произведена в 841-ом году по приказанию императора Феофила, царствовашего в 829–842 годах. Феодосий, быстро собравший войска, с большим успехом отразил высадку византийских войск. Два года спустя, в 843-ем году такая же участь постигла и вторую попытку высадки византийских войск, производившуюся по повелению блаженной Феодоры, бывшей в то время регентом. Эти уроки, дан­ные Феодосием, не пропали для Византии даром, и греческие летописцы уже не упоминают о новых нападениях импера­торов на Ахазию.

В год смерти Феодосию пришлось столкнуться с ещё полным тогда сил воинствующим исламизмом. Вольноотпущен­ник халифа Мутасим-Билляха, Буга был халифом Мутевакилем, занимавшим престол с 844-го по 861-ый год, назначен воена­чальником. Буга, опустошив Армению, вторгся в Грузию, предавая всё мечу и огню, и подошёл к Тифлису. Тифлис в это время занимал возмутившийся против халифата грузинский наместник его Эмир Саак или Исхаак (по Массуди Исхак-ибн-Исмаиль). Буга осадил Саака и взял город. Он убил Саака, город, сжёг, а все его окрестности опустошил. Против Буга выступил Феодосий. Он перешёл в Карталинию и стал продвигаться к Тифлису. Но, получив сведения о многочисленности армии Буга, отступил за Сурамский пере­вал и стал около Кверцхоба. Буга двинул против Феодосия своего военачальника Зирака или Зераха и карталинского царя Куропалата Гварама или Баграта (сына Ашота Куропалата), царствовавшего с 826-го по 872-ой год. Зерах с Гварамом проиграли сражение и отступили через Дванети. Это происхо­дило в 845-ом году. После этого сражения, Буга, не встречая более препятствий, стал занимать Закавказье и первым при­зом за победу послужил Душетский уезд, владение Гварама.

Об этих событиях говорится в «Картлис-Цховреба» раз­ных списков, в жизнеописании святого Константина и других летописях.

Но надпись на внутренней стене Сиона в Уплис-цихе, обнаруженная и описанная археологом Д. Бакрадзе, даёт нам другую дату: «Августа 5-го, в день субботний короникона 73[2], в год владычества сарацин (арабов)... Тифлис пленил Буга и поймал и убил Эмира Саака, и того же августа 26-го, в день субботний, Каха пленил Вавиря и его сына Тарху» ... В этой записи должна быть ошибка в корониконе.

Подтверждение этих событий мы находим у араб­ского географа и путешественника Абуль-Хасан-Али аль-Масуди, умершего в 956-ом году, в его книге «Муруджуль Дзагбве Меадинуль Джаугер» («Луга золота и рудники драгоценных камней»). В этом же сочинении Масуди говорит, что «…рядом со страной аланов живут абхазы, исповедующие христианскую религию, и в наше время у них есть царь. Царь ала­нов сильнее их, и область их простирается до гор. Рабх…», «...около абхаз находится царство Джурия (Гурия), населённое большим племенем... зовут их хазран (грузины)...», «...абхазы и хазраны платят харадже (дань, подать) владетелю пограничной области (Масуди так характеризует и Эмира Саака) со времён завоевания этого города мусульманами и утверждения их в этом городе в царствование халифа Мутевакиля»... Других источников, подтверждающих сообщение Масуди, нет, хотя вполне возможно, что и был момент, когда Абхазия  платила «харадже» арабским наместникам в Тиф­лисе.  

По смерти Феодосия I в 845-ом году абхазский престол с блестящим состоянием казны, с сильной, опытной и закалён­ной в боях армией перешёл к его старшему сыну Георгию I.

Георгий был новой фигурой на абхазском троне, но являлся типичным Леонидом со всеми их традициями и задачами. Его традиционное царствование является продолжением дела, начатого Леонидом II и Феодосием I.  

Георгием построен, как об этом гласит настенная надпись, открытая исследователями, монастырь во имя пресвятой Богородицы на левом берегу реки Квирилы с селением Эхвеви[3]. При монастыре была и школа.

Эхвевский монастырь при Георгии находился в Чихской области  или  Чихии. Селение Чиха существует и в наше время в верстах пяти от Эхвеви. Царевич Вахушт говорит, что Георгий назначил правителем этой области Тинему или Тихама, сына своего брата Деметре (Дмитрия) со званием Чихского эристава. По другим данным Тинема управлял Чихской областью до самого конца семидесятых  годов IX века. Данные об этом встречаем мы и в «Картлис Цховреба».

Лет за пять до своей смерти Георгий, воспользовавшись благоприятным для Абхазии стечением обстоятельством, расши­ряет её владения на востоке. Он, перейдя Лихские или Сурамские горы, занимает почти всю нижнюю Карталинию с известным  пещерным городом Уплис-цихе[4]. Так как Тиф­лис ещё со времени царствования Джуаншера (VIII в.) был занят арабскими эмирами, то столицею Карталинии большую часть этого времени считался Уплис-цихе. Во времена владений Леонидами Карталинией, в нём всегда сидел их прави­тель с титулом наместника (по грузинским  летописям – erisTavi  – эрйстав или первой  буквой  слова  под титулом – д) или наместника над наместником (erisTavT erisTavman – эриставт, эристав или эристав над эриставами, часто писалось начальными буквами под титулом ee). Часто это место зани­мали ближайшие родственники царя.

Заняв Карталинию, Георгий назначил в неё наместником своего племянника Тинему, наместника Чихской области, по­граничной дотоле с Карталинией. Тинема избирает своей ре­зиденцией Уплис-цихе.

Сын Георгия I Иоанн начал царствовать по смерти своего отца в 875-ом, а по другим источникам в 877-ом году. Его ко­роткое царствование ничем не ознаменовалось в жизни страны.

Преемником Иоанна на абхазском престоле был его сын Адарнасе. Это произошло в 879-ом году.

Адарнасе был женат на дочери Гварама или Баграта Мамиела, мамнала (владетеля, царя) Грузии с 826-го по 876-го г. и внучке куропалата Ашота.

Его непродолжительное царствование было эпохой пыш­ного расцвета дурных сторон дворцовой жизни. Его восьми­летнее царствование – время заговоров, убийств и интриг в духе римских или византийских дворцовых кулис.

Началось с убийства Карталинского эристава бабкой Адарнасе, вдовою Георгия I. Хроники так рассказывают об этом. Вдова Георгия, она же мать Иоанна, была возмущена влиянием на государственные дела Абхазии, оказываемым детьми Дмитрия, брата её мужа. Она решила прекратить их вмешательство и для этого приказала захватить их. Захва­ченные Тинема и Баграт были посажены в темницу, где Ти­нема и был убит. Баграта же приказано было утопить в море. Предание говорит, что Баграт не погиб в море, а был неизвестным подобран и отвезён в Константинополь, где  он жил во дворце императоров. Насколько это соответствует действительности, не из­вестно, но из­вестно, что Баграт выступил мстителем за своего убитого брата против Адарнасе, который являлся Баграту двоюрод­ным племянником. Перед выступлением Баграт заручился поддержкой византийских императоров вначале Василия Ма­кедонянина (867–886), а потом, по его смерти, и поддержкой его сына Льва VI Мудрого (886–912). Это обстоятельство до некоторой степени подкрепляет предание о пребывании Баг­рата в Константинополе и жизни его во  дворце. Заручив­шись поддержкой Византии, Баграт быстро навербовал от­ряд и   выступил со своими сторонниками против Адарнасе. Помощь Льва Мудрого отрядом византийских войск склонила победу на сторону Баграта. Адарнасе был  захвачен в плен, объявлен свергнутым с престола и по распоряжению Баграта убит в 887 году.

Для лучшего уяснения действующих лиц мы приводим их родословную.

Феодосий I + дочь Ашота куропалата.

Георгий I                                          Дмитрий

Иоанн

                                              Тинема                 Баграт I

                                            наместник

Адарнасе + дочь мампала Гварама.

Смертью Адарнасе обрывается старшая линия дома Лео­нидов, правившая страной немного более ста лет – с 786-го по 887-ой год.

Примечания

[1] Имерия или Имеретия происходит от грузинского imereTi – имерети = по ту сторону страна, т, е. страна на запад от Сурамских (Лихских) гор. В разные эпохи была самостоятельным царством; присоединена к Рос­сии в начале XIX в. при имеретинском царе Соломоне II. Вошла как часть в состав Кутаиской губернии.

[2] Обычно в грузинских хрониках, надписях на постройках и т. д. летоисчисление ведётся на своей эре. Начало грузинской эры восходит к 5072 году до Р. X. и разбивается на ряд циклов по 532 года в каждом. Когда кончался один цикл, начинались года опять с 1-го. В нашей эре следующие года приходились на первые года циклов грузин­ской эры: 12-го цикла – 249 год по Р. X., 13-го цикла – 781,  14-го – 1313 и15 – 1845 год.

Грузинские летописцы годы своего летоисчисления называют корониконом – qoronikoni  – испорченное «хроникон»  и это слово в летописях пишется  q-vni, q и т. д.

Так что упоминаемый здесь короникон соответствует 853 (780+73) году. Понятно, что часто читающий становится в тупик перед вопросом, к какому именно циклу относить тот или другой из указанных корониконов.

[3] Развалины монастыря с сел. Эхвеви (exvevi – рой – сборище) расположены на тер­расе горы на берегу Квирилы. В исходе прошлого столетия монастырь исследован и опи­сан археологической экскурсией по поручению Московского Археологического общества археологом-грузиноведом Георгием Церетели.

Вокруг храма разбросаны развалины обители со школою и киновиями. Храм-бази­лика с западным и северным приделами, внутри разграничены между собой арками, а внешне обозначены, по словам Церетели, «пятиугольным краевым фронтоном, перекрытым сверху черепицей древнейшей формы. Фронтоны эти чрезвычайно изящны и орнаментиро­ваны кружевным плетениен, исполненным мастерски. Стенной орнамент Эхвевского храма выше по достоинству, чем орнамент Никорцминдского и Кацхского соборов. Каждый фасад каждого придела отделан двойными и тройными полуколоннами, базы и капители которых украшены листьями аканты и ажурными крестами».

«Главный корпус храма представляет параллелограмм, высоко возвышающийся над приделами. Общее впечатление храма с его приделами получается как от звезды, распла­станной на земле».

«Над западным пятиугольным фасадом храма возвышается красивый каменный крест, основанный на Голгофе и орнаментированный грузинским плетением; а над восточным фасадом изящно отделанная из камня голова овна».

«Эхвевский храм сооружен более 11 веков, но его черепичная кровля до сих пор не пропускает ни капли дождя». «...Эта древняя кровля могла бы простоять ещё не­сколько тысячелетий»...

«Над северным входом изваян крест, богато разукрашенный плетением и пальмами»..., «...полуарка, под которой расположен крест, основана на богато разукрашенном наличнике с тонкими изящными парными колонками и рамой, покрытой листьями аканты очень тон­кой работы. Сбоку среди этих листьев помещено миниатюрное человеческое изображение с поднятыми кверху руками, в царском облачении, без короны. Такая же миниатюрная фигура архангела изваяна сбоку западного входа в храм».

«Главные же мраморные колонны и плиты иконостаса вывезены в 30-х годах в Джручский монастырь, митрополитом Давидом».

«…С внешней стороны окно (в ансиде главного храма) разукрашено весьма тонко резаной полуаркой и в высшей степени изящными колоннами, на базах которого следую­щая  надпись:

«Христос, помилуй Левана Георгия».

Над южным окном с запада «изваян удав, подкарауливающий животного, подходя­щего с другой, противоположной стороны рамы и похожего на молодую лань. Изображение животных полно жизни и экспрессии».

[4] В верстах 10 от Гори на высоком и обрывистом каменистом мысе – Квернакском утёсе, на левом берегу Куры лежит пещерный город Уплис-цихе. Название города объясняется двояко. Слово же «цихе» cixe – крепость не возбуждает ни в ком сомнений. Слово же «Уплис» объясняется как крепость Уплоса, Уплиса, легендарного героического царя Грузии, сына Мцхетоса или внука Картлоса, родоначальника грузин и внука патриарха Ноя. По другим же толкованиям слово «уплис» произошло (груз. сл.) упали господин, владыка, Господь, т.е. принадлежащая господину, владетелю, Господу. По этим объяснениям Уплис-цихе означает или крепость Уплоса, или Божья крепость, или крепость владетеля.

«Картлис Цховреба» рассказывает, что Уплос по смерти своего отца Мцхетоса, стал править в Мцхете. Он владел страною Арагвы до Ташискари (Боржомское ущелье) и Каравана (озеро Тоноравана) и построил города Уплис-цихе, Касин и Урбниси. Он назвал свои владения Верхней страной (Зена-сопели), нынешняя Карталиния.

Пещеры в Уплис-цихе высечены несколькими ярусами, соединены между собою лестницами и переходами, занимают большую площадь и представляют величественные сооружения. Пещеры имеют самый различный вид, величину, характер, внутреннюю и внешнюю отделки. Есть высеченные очень грубо и примитивно, другие же со сводами и арками, опирающимися на колонны. Имеются пещеры, украшенные резьбой. В городе различаются улицы, площади, базары, канавы и другие принадлежности городов. В одной из пещер – «Дворец царицы Тамары», по местным преданиям, жила названная царица.

«На западе от Каспии, – говорит царевич Вахушт об Уплис-цихе, – между Курой и Квернаки есть поле Ашурпани, бесплодное от безводья; выпасается здесь множество овец, коров и буйволов, а зимою тут тепло. В Ашурпани находится Уплис-цихе на выступившей от Квернака скалистой горе, на берегу Куры. Его впервые устроил Уплос, сын Картлоса, и город этот существовал до Уплиса. Ныне он разорён. Постройка удивительная, вырезанная в скале: громадные палаты выдолблены в скале, большое жерло просверлено, пробито до Куры. С западной стороны имеется высокая утёсистая скала, и в ней вырезано множество пещер, но ныне, они недоступны. Здесь гнездятся мухи; видят их выходящим их как воинство пико-луконосов (т.е. как воинство копьеносцев и луч­ников), конное, отправляющееся в поход. Это. Служит «талисманом».

Посетивший Закавказье Невшательский профессор Дюбуа де Монпере относит воз­никновение Уплис-цихе к древнеперсидскому и парфянскому периоду владычества в той части Закавказья.

Кудрявцев К.Д. Сборник материалов по истории Абхазии. Сухум. 2008.