04. Амалазунта сдерживает алчность Теодата. После смерти Аталариха она принимает меры, чтобы выйти за него замуж, и делает его королем...

4. Амалазунта сдерживает алчность Теодата. После смерти Аталариха она принимает меры, чтобы выйти за него замуж, и делает его королем. Неблагодарный Теодат заключает ее в тюрьму. После убийства Амалазунты посол Юстиниана Петр объявляет ему войну.

 

4. Пока происходило здесь все это, многие этруски (тосканцы) жалуются Амалазунте на Теодата, что он насильничает [30] над всеми людьми в этой провинции и без всяких рассуждении отнимает земли как частновладельческие, так и имения императорского дома, которые римляне обычно называют «удельными» (partimonium). Поэтому Амалазунта призвала Теодата к ответу, и так как он совершенно определенно был уличен обвинявшими его, то она заставила его отдать и возместить все то, что он отнял неправильно, и только тогда отпустила его. С этого времени она вызвала к себе у этого человека, считавшего себя обиженным, самую жестокую ненависть, и на все остальное время он являлся ее врагом, так как, мучаясь сильнейшим корыстолюбием, он уже не имел возможности ни совершать правонарушения, ни производить насилия.

 

К этому времени Аталарих, истощенный болезнью, умер, 15 прожив с титулом короля восемь лет. Тогда Амалазунта (ей суждено было испытать такую гибель), не приняв совершенно во внимание ни характера Теодата, ни того, что она недавно сделала против него, сочла, что для нее не произойдет от него ничего неприятного, если она сделает этому человеку большое добро. Она послала за ним, и когда он явился, дружески приняв и успокаивая его, она стала говорить, что давно хорошо знает, какой плохой славой пользуется ее сын, что скоро он должен умереть (она слыхала, что все врачи одинаково это утверждают, да и сама она замечает, как тает тело Аталариха). Так как она видела, что по отношению к самому Теодату, к которому в конце концов свелся род Теодориха, мнение у готов и италийцев не очень высокое, она поставила себе целью очистить его от такого плохого мнения, чтобы ничто не могло помешать ему, в случае если он будет приглашен на престол. Вместе с тем она обошла и закон: если бы пришлось жалующимся на него за то, что он их обидел, обратиться сюда, то они не имели бы кому сообщить о случившемся с ними, а своего владыку они имели бы настроенным против себя. Благодаря этому его, очищенного ею от таких обвинений, она призывает на престол. Но самыми страшными клятвами он должен обязаться, что к нему, Теодату, переходит только титул [31] короля, а что сама Амалазунта, как и прежде, будет обладать все той же фактической властью. Когда Теодат это услыхал, он поклялся во всем, что было угодно Амалазунте, но согласился он на это со злым умыслом, помня, что раньше она сделала против него. Таким образом, Амалазунта, обманутая и собственными намерениями и клятвенными обещаниями Теодата, провозгласила его королем. И отправив в Византию послов из числа важных готов, она сообщила об этом Юстиниану.

 

Теодат, получив главную власть, стал действовать совершенно обратно тому, на что надеялась Амалазунта и что он сам обещал. Он приблизил к себе тех родственников из готов, которые были ею убиты, а их среди готов было много, и они пользовались большим почетом; из числа же приближенных к Амалазунте он внезапно некоторых убил, а ее саму заключил под стражу еще прежде, чем послы успели прийти в Византию.16 В Этрурии (Тоскане) есть озеро, под названием Вульсина, в середине которого находится остров, сам по себе очень маленький, но имеющий сильное укрепление. Заключив здесь Амалазунту, Теодат стерег ее. Боясь, как бы за такой поступок император не рассердился на него (как это и было на самом деле), он отправил из римских сенаторов Либерия и Опилиона с некоторыми другими с поручением всеми силами умилостивить гнев императора утверждая, что с его стороны ничего не сделано неприятного для Амалазунты, хотя она прежде совершала против него ужасные и нетерпимые поступки. Это он и сам написал императору и заставил написать хоть и против воли также и Амалазунту. Вот что происходило тогда там. Петр же в качестве посла был уже в пути; ему были даны императором предварительные инструкции встретиться тайно от всех других с Теодатом и, дав ему клятвенные уверения, что ничего из того, о чем они ведут переговоры, не станет кому бы то ни было известным, спокойно заключить с ним договор относительно Этрурии (Тосканы); а затем, тайно встретившись с Амалазунтой, он должен был со всей ловкостью [32] договориться с ней обо всей Италии, как будет полезно для них обоих. Официально же он шел послом для переговоров о Лилибее и обо всем остальном, о чем я только что упомянул (гл. 3, § 15). Император еще ничего не знал ни о смерти Аталариха, ни о том, что королевскую власть получил Теодат, ни о том, что случилось с Амалазунтой. На пути Петр, прежде всего встретившись с послами Амалазунты, узнал об избрании Теодата. Немного позднее, находясь в городе Авлоне, лежащем у Ионического залива, он встретился с посольством Либерия и Опилиона и узнал от них обо всем случившемся. Послав обо всем этом доклад императору, он остался ожидать приказаний в этом городе.

 

Когда император Юстиниан услыхал обо всем этом, он, имея в виду привести в смущение готов и Теодата, отправил письмо Амалазунте, заявляя, что он сильнейшим образом озабочен тем, чтобы оказать ей покровительство, и поручил Петру этого отнюдь не скрывать, но совершенно открыто поставить это на вид самому Теодату и всем готам. Когда послы из Италии прибыли в Византию, то все остальные рассказали императору, все как было, и больше всего Либерии. Это был человек исключительных нравственных достоинств, умевший говорить только правду. Один только Опилион неизменно утверждал, что со стороны Теодата по отношению к Амалазунте не было совершено никакого насилия. Когда Петр прибыл в Италию, то Амалазунты уже не было в живых. Дело в том, что родственники тех готов, которые были ею убить, явившись к Теодату, настаивали, что ни он, ни они не могут жить и чувствовать себя в безопасности, если Амалазунта возможно скорее не будет устранена. Он согласился с ними, и они, явившись на остров, тотчас же убили Амалазунту. Ее смерть вызвала огромную печаль среди всех италийцев и остальных готов: эта женщина, как я сказал несколько раньше, в высокой степени выдавалась всякого рода достоинствами. В силу этого Петр перед лицом Теодата и других готов заявил, что, так как они совершили столь ужасное преступление, то и [33] с ними самими император будет вести беспощадную войну. Теодат, по обычной своей низости оказывая убийцам Амалазунты почести и уважение, хотел убедить Петра и императора, что это кровавое дело совершено готами менее всего по его желанию и с его согласия, наоборот, против его воли и при всяком его противодействии.

 

Примечания

 

15 Малые хроники, 1, 333.

 

16 Иордан, Гетика, 306; Марцеллин Комес под 534 годом. Малые хроники, 1, 333.